В минувший четврег я был невольно приглашён для финального отчёта и освобождения из-под надзора Montgomery County Probation Office. История берёт своё начало в середине марта этого года. Тогда отвиснув в пабе после какого-то концерта и занятий фигурным катанием я решительно заебался ждать такси на морозе и решил всё-таки поехать домой самому. Естественно, что в графстве Монтгомери с четверга по субботу это большая ошибка. Как сказал потом офицер полиции парков графства: “Я пас тебя почти от самого бара. И тут ты, наконец-то, допрыгался, козлик” И я почти ушёл, но подвёл последний светофор и желание снять наличных на завтра. Вместо того чтобы завернуть налево и проехать 500 метров до границы “Дистрикта”, я повернул направо на красный, предварительно остановившись. О чём я не подозревал в ту тёмную и холодную ночь, так это о том, что где-то высоко на столбе болтался знак “No Turn on Red”. Тут же за спиной заиграли разноцветные огни и началась призовая игра. Опущу интимные подробности общения с ментом, в процессе которых я то стоял на одной ноге, то созерцал его фонарик в своих зрачках. В конце концов меня попросили “дунуть в трубочку” и я решил, что это переходит все границы приличия. Естественно, был немедленно доставлен в участок где в соседней комнате громко и нудно орала какая-то девица о том, как она вертела на детородном органе всю полицию и как она засудит их всех и засадит им всем. Естественно, никто не спешил её оформлять и отпускать, а меня похвалили за примерное поведение и даже обещали дать на один штраф меньше (но в итоге наебали ). Домой я добрался всё-таки на такси с аккуратным пакетиком штрафов, повесток и протоколов. Тачку же эвакуировали аж в Silver Springs, MD с River Rd и DC границы. Расчёт с этим прост – чем дальше утянут тачку, тем меньше шансов, что её заберут в течение суток. Это в свою очередь ещё бабки в карман эвакуаторов которыми они, без сомнения, делятся с ментами.
Назавтра, естественно, нужно было решать как избавляться от этого геморроя. Машину я забрал без проблем, т.к. права они отобрать не смогли (я как бы не мэрилендский житель), а с адвокатом нужно было определяться быстро, т.к. это уже хуй знает какой рецидив и тут дело может кончиться сроком.
Не мудрствуя лукаво, я позвонил своему прошлогоднему адвокату который так шикарно отмазал меня от мерилендских пинкертонов из “отдела безнравственности”. Проблемы с нравственностью, судя по всему, продолжаются, но желания испытать на себе карательные методы правосудия за эти годы у меня так и не появилось. И поэтому, через не хочу и с помощью круглой суммы денег, управляющий партнёр юридической фирмы включающей в своё название по меньшей мере 15 фамилий (10 из которых оканчиватся на -ман и -штайн) согласился представлять мои жалкие интересы в самом гуманном суде на планете.
Но прежде, чем мы будем заискивать перед судьёй, мне надо было пройти немного терапии и сделать вид, что я активно борюсь с безнравственностью и алкогольной проблемой. А для этого надо пройти собеседование с сертифицированым терапевтом И согласиться с его заключениями. Имея некий опыт в этом деле, самое главное, найти такой “Восстановительный Центр” где коитус с твоими мозгами сводится к минимуму. А это означает, что идти надо туда где люди будут с ещё большими проблемами, чем твоя. И поэтому я пошёл туда где каждый четверг раздают метадон, а 4 раза в неделю собирают группы наркоманов и алкоголиков для того чтобы они рассказали друг другу свои печальные истории. Некоторые из них я тут сейчас перескажу, потому что слушать их приходилось несколько раз, каждый раз когда увольнялся кто-то из терапевтов-ведущих и приходил новый. После недолгого препирания и собеседования мы сошлись на том, что для полного восстановления мне потребуется 26 сессий, т.е. пол года таких еженедельных собраний. И вот значит, самое занимательное из того, что я там услышал.
Рассказал один белый парень вполне WASPовской наружности, сын начальника пожарной станции, родом из штата Индиана:

Каждое лето, после окончания весеннего семестра в университете, мы с друзьями (три парня и три девки) по обычаю собираемся в поход. Это дело состоит из 4-х дней сплавления вниз по реке на каноэ, взбирания на гору, ночовок в палатках и road trip-а обратно. И вот, после того как мы выпустились из универа и перед тем как разъезжаться по разным уголкам страны, мы собрались в последний раз вместе для финального похода. Само собой, что мы прихватили несколько унций конопли, мешочек “экстази” и немного кокса. Вполне естественная аптечка на всякий пожарный в северо-американской глуши.
И вот мы пакуем наши каноэ; на берегу ещё несколько групп отдыхающих готовящихся к заплывам. На горизонте появляется “лесник”. (В Штатах “лесник” – это не дедушка с двустволкой, а полноправный полицейский с тем лишь отличием, что его юрисдикция не какое-либо местное графство, а лес. прим. авт.) Он по очереди подходил к каждой группе и интересовался как у них дела, далеко ли собрались, на сколько и всё такое. Ну а потом он пожелал приятного путешествия и удалился.
Мы отчалили от берега, отплыли пару миль вниз, само собой, запалили косячок и приятное путешествие началось. Подплывая друг к другу передавали его, ну и в общем весело проводим время на природе.
Проплывая под одним из мостов мы опять заметили “лесника”. Он внимательно смотрел с моста в бинокль за нами, но к тому моменту мы уже ничего противозаконного не делали. Перед следующим мостом нас ждала неожиданность. Вся ширина реки была перегорожена лодками “лесничества”, на мосту стояли машин с мигалками и на нас набросили сети. Выбравшись на берег у нас потребовали сдать все наркотики, но мы сообщили, что ничего такого у нас нет. Тут из толпы ментов вышел “лесник” пожелавший нам приятного отдыха в самом начале и хитро прищурившись спросил: “Вы абсолютно в этом уверены?”. Тут пришлось сдать анашу. А потом он спросил: “Это всё?”. Я сказал, что да. Он ещё долго переспрашивал, но мы не сдавались. Тогда он подошёл к моему каноэ и сразу же достал оттуда мешок с “экстази” и коксом. Сразу стало ясно, что всё время пока мы паковали лодки он следил за нами издалека в бинокль. За то, что мы добровольно не кооперировали с органами правопорядка забрали меня и друга у которого нашли анашу.
В тюрьме мы просидели 3 дня потому, что друг мой был из другого штата и его семья как раз уехала на неделю в Европу. А моя семья открестилась от меня, потому как это был уже не первый случай и они решили больше не делать мне одолжений. К счастью, моя 74-летняя бабушка всё ещё меня любит и согласилась приехать и выкупить нас из кутузки, долгих лет жизни ей. Судья, узнав, что я переезжаю в Мериленд чтобы начать свою первую работу менеджером в ресторане, согласился чтобы я прошёл всё веленое судом тут. Вот поэтому я и нахожусь сегодня здесь с вами.

У другого парня была не менее интригующая история:

Познакомился я с девкой-официанткой на работе в ресторане где я повар, тусовочная баба. Договорились встретиться и весело провести время. Своей гёрлфрендше я сказал, что мне в этот день надо работать от зари до зари и всё такое. Ну встретились мы значит, попили кофейку в старбаксе, поболтали и стали думать, что делать дальше. Ну и как оказалось, она тоже была не дурой нюхнуть кокс. Поехали мы значит к моему знакомому наркодиллеру взять беленького и поехать ко мне домой понюхать да покувыркаться.
Чего я не знал так то, что хату моего диллера уже давно пасли менты. На выезде из квартала нас повязали преградив путь ментовскими машинами. Сначала спросили какого хуя мы делаем тут не в своём районе и я сказал, что навещали друга. Там нам сразу сообщили, что друг наш им очень хорошо известен. При обыске естественно нашли только что купленные пару грамов и забрали обоих. Ситуация усложнялась тем, что моя гёрлфренда и бойфренд этой бабы думали, что мы оба на работе в ресторане. Моя баба после того как увидела протокол задержания меня бросила, та другая баба тоже со мной ничего общего иметь не хочет (её кинул бойфренд), т.к. всё произошло по моей вине. С работы тоже уволили недавно, кризис и всё такое. Ну и судья постановил чтобя я посещал эту программу.

Был там ещё старый негр, бывший алкаш. Говорит, что 30 лет проработал в госпитале лаборантом и никто так и не догадался, что он каждый день бухой. Перед работой он выпивал пинту водочки для поддержания тонуса и рабочего настроя. Теперь вот решил избавиться от этой стрёмной привычки на старости лет и вести здоровый образ жизни. Самым же занимательным персонажем был наш “главный терапевт”, негр лет 60-ти проживший всю жизнь в ДиСи. Он рассказал, что лет 40 назад был самым крутым наркодиллером во всём округе. Наркотики тогда были не то, что сегодня. Их не бодяжили один к двадцати и от одной щепотки капитально и на долго съезжала крыша. Как бы в подтверждение этого он рассказал, что однажды в 75-ом нюхнул PCP и крыша поехала так, что он раздевшись до гола два квартала бежал за городским автобусом. Самое смешное, что он этот автобус всё-таки догнал и взял в заложники. Когда-то он думал, что не доживёт до 21-го, а когда дожил стал думать, что не дотянет до 30-ти, потом 40-ка. Уже после того как все крайние сроки вышли, он понял, что пора наверное завязывать с наркотой да алкоголем и начинать жить по-новому. Поэтому он стал терапевтом по делам с которыми был знаком не по-наслышке. Многие из моего класса не дошли со мной до конца. Одни забили хуй на классы, других посадили не смотря на то что они добровольно подверглись терапии. Половина народу там ходили со спутниковыми датчиками на лодыжке состоя под домашним арестом. Современная технология слежения за арестантами достигла небывалых высот. Датчики нынче не только показывают местоположение находящегося под домашним арестом, но и постоянно передают в центр его пульс, температуру и давление, нахождения оного вне дома карается переселением в места не столь отдалённые. Также они способны по анализу пота выделяемого телом установить находится ли арестант под воздействием алкоголя или наркотиков, положительная реакция оного означает, что ты отправляешься вниз по реке. Три раза в день в доме в разных местах звонит одна из четырёх станций слежения, этот звонок дублируется датчиком на ноге. У человека есть 15 минут добраться до станции и отзвониться в центр, в противном случае ночевать будешь уже не в своей кровати. В общем, за полгода хождения я узнал массу интересных и полезных вещей. Прошёл, своего рода, обмен опытом.
Ну а сам суд был на редкость лёгким. Мента который меня попалил я встретил ещё в гараже Сильвер Спринга. В зал суда мужик припёр атлас графства Монтгомери, наверное для того чтобы ни у кого не было сомнений, что он был в своей юрисдикции когда остановил меня. Как всегда оказалось, что в Мэриленде я чист и ни в чём никогда не был замечен, а тем паче арестован. Дядюшка адвокат рассказал суду о том как велики мои достижения, сколько дипломов я имею и каким столпом общества являюсь. Дедушка судья философски заметил, что про таких как Я его мама говорила когда-то, что у них “умный моск”. Обвинители после разговора с моим адвокатом не сказали ни единого слова. Адвокат же мой, как всегда, больше консультировал в тот день своих коллег по их делам, чем общался с законом. Видать он дока, что с его мнением так считаются. В общем, мне дали опять “испытательный срок вместо осуждения” (PBJ), штраф и 2 поинта в права. И возвращаясь к том с чего я начал это повествование, испытательный срок уже перешёл в свою неконтролируемую фазу. Вот и всё. Всех с латинянским Рождеством Христовым. Оставайтесь всегда правопорядочными гражданами.